12.5. Акты судебной власти

К числу дискуссионных в российской юридической науке от­носится вопрос о том, являются ли источником права или хотя бы формой правотворческой конкретизации судебные правоположения. Этот спор велся вокруг руководящих разъяснений по во­просам применения законодательства, даваемых Пленумом Вер­ховного Суда, обязательных для суда (и иных органов, при­меняющих закон, по которому дано разъяснение).
Допустимо различать акты нормативного содержания, сме­шанного нормативно-конкретного содержания, наконец, акты с конкретно-индивидуальными положениями или индивидуально-правовые акты (в отличие от нормативных правовых).
Чтобы определить ту группу актов из числа названных, к кото­рой относятся акты судебной власти, следует напомнить три ис­ходных положения. Во-первых, правотворчество не ограничи­вается рамками процедуры рассмотрения и принятия отдельных законопроектов или иных правотворческих решений. Правотвор­чество охватывает также деятельность государственных органов по внесению изменений в ранее принятые нормативные акты и отмену ранее принятых актов. Во-вторых, нормативно-правовой акт - это документ, издаваемый в установленном порядке управомоченным на то государственным или иным компетентным ор­ганом, содержание которого составляют установление, отмена или изменение правовых норм.
В свете сказанного следует, прежде всего, оценить акты Кон­ституционного Суда России. В соответствии с Федеральным зако­ном о Конституционном Суде решение Конституционного Суда по существу рассмотренного дела о конституционности междуна­родного договора, нормативного акта или правоприменительной практики именуется постановлением. Есть и второй вид акта - заключение Конституционного Суда.
В Законе определены последствия признания международного договора или нормативного акта неконституционным:
1. С момента вступления в силу постановления Конституцион­ного Суда и признания международного договора или его от­дельной части неконституционными договор или его отдельная часть не могут быть ратифицированы, официально опубликова­ны, обнародованы или введены в действие, а будучи ратифици­рованными или введенными в действие после вступления в силу постановления Конституционного Суда РФ, считаются недейст­вующими. Утрачивают силу также полностью или частично ре­шения о ратификации и введении в действие международного до­говора после вступления в силу постановления Конституционного Суда РФ о признании неконституционными международного до­говора или его части.
2. С момента вступления в силу постановления о признании нормативного акта или его отдельной части неконституционными нормативный акт или его соответствующая часть не могут быть официально опубликованы, обнародованы или введены в дейст­вие, а будучи введены в действие, считаются недействующими. Утрачивают силу также полностью или частично решения о вве­дении в действие нормативного акта. Конституционный Суд РФ может также одновременно признать недействующими положения других нормативных актов, основанных на нормативном акте, признанном неконституционным, либо воспроизводящие его, о чем указывается в постановлении.
В соответствии со ст. 6 Закона решения Конституционного Суда обязательны для всех на всей территории России. Следова­тельно, решения Конституционного Суда РФ имеют прямое отно­шение к правотворчеству, что выражается фактически в отмене или изменении полностью или частично международных догово­ров и нормативных актов.
Конституционный Суд РФ вправе также рассматривать дела о конституционности правоприменительной практики по индиви­дуальным жалобам граждан Российской Федерации, иностранцев, лиц без гражданства, юридических лиц, утверждающих, что их основные права и законные интересы нарушены или не защищены вступившим в законную силу окончательным решением суда или иного государственного органа, а также должностного лица.
Так, 27 января 1993 г. Конституционный Суд РФ вынес по­становление по делу о проверке конституционности применения практики ограничения времени оплаты вынужденного прогула при незаконном увольнении, сложившейся на основе применения законодательства о труде и постановлений Пленума Верховного Суда СССР, Верховного Суда Российской Федерации, регулиру­ющих данные вопросы. Осуществив проверку конституционности решений в отношении конкретных лиц, Конституционный Суд РФ предложил распространить свое решение на ранее возникшие ана­логичные правоотношения, участниками которых являются дру­гие лица (не фигурирующие в постановлении), и судебные дела с аналогичными последствиями. Приведенное и другие дела сви­детельствуют о том, что Конституционный Суд РФ официально и законно создает судебный прецедент в Российской Федерации, т.е. является в определенном отношении своего рода субъектом правотворчества. Анализ и обобщения арбитражной практики свидетельствуют о том, что и Высший Арбитражный Суд РФ сво­ими решениями создает прецедент для разрешения возникших в процессе предпринимательской деятельности споров, вытекаю­щих из гражданских правоотношений (экономические споры) либо из правоотношений в сфере управления, которые рассмат­риваются арбитражными судами в РФ.
Законом об арбитражном суде в ст. 30 предусмотрено, что Пле­нум Высшего Арбитражного Суда РФ рассматривает обобщенные материалы практики применения законодательства арбитражны­ми судами и дает в порядке судебного толкования руководящие разъяснения по вопросам применения законодательства. Разъяс­нения Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ обязательны для всей системы арбитражных судов в РФ. Однако фактически сво­ими разъяснениями Пленум Высшего Арбитражного Суда, так же как и Пленум Верховного Суда РФ, выполняет, по существу, правотворческую функцию.
Как оценить такого рода деятельность высших судебных ор­ганов? Однозначно нельзя. С одной стороны, она противоречит принципу разделения властей, а с другой - диктуется существу­ющими реалиями.
По поводу руководящих разъяснений Пленума Верховного Суда бывшего СССР, а соответственно и РФ, в юридической ли­тературе существуют разные позиции. Одни авторы рассматрива­ют эти разъяснения как акты судебного надзора, а не правотвор­чества; другие с ними не согласны. Обобщая практику применения той или иной нормы права. Верховный Суд, например, часто при­ходит к выводу о необходимости ее конкретизировать и сформу­лировать в своем постановлении более конкретное правило пове­дения общего характера либо включить в такой акт индивидуаль­ное правоконкретизирующее положение, созданное ранее правоприменительными органами при рассмотрении юридических дел, тем самым придав этому положению юридически общий характер. По своим регулятивным свойствам и механизму их образования нормативные правоконкретизирующие положения тождественны конкретизирующим правовым нормам, создаваемым в процессе правотворчества.
В процессе обобщения практики нижестоящих судов на осно­ве принципов права Верховный Суд своими руководящими ука­заниями «преодолевает» (В.В. Лазарев) несовершенство норма­тивного акта. В постановлениях Пленума Верховного Суда всег­да содержались, содержатся и не могут не содержаться правила поведения общего характера, которые обращены отнюдь не к оп­ределенному суду, а ко всем судебным инстанциям и к неопреде­ленному кругу лиц в связи с возможностью их обращения в су­дебные органы. Единичное применение норм права никогда не ис­черпывает содержания руководящего указания. Руководящие разъяснения (указания) Пленума хотя и временно, но восполняют пробелы в законодательстве, вносят новый элемент в правовое ре­гулирование. Постановления отличаются достаточной определен­ностью и содержат положения нормативного характера, имеющие юридическую силу. Многие сформулированные судом правоположения являются следствием судебной практики по разрешению споров по аналогии закона и аналогии права. Впоследствии они нашли нормативное закрепление в действующем законодательстве. Такова, например, судьба института «Обязательства, возни­кающие вследствие спасения... имущества», в соответствии с ко­торым вред, нанесенный гражданином при спасении имущества, подлежит возмещению организацией, имущество которой спасал гражданин. Ряд правоположений, сформулированных в постанов­лении Пленума Верховного Суда, получил нормативное закреп­ление в уголовном, гражданском, трудовом и другом законода­тельстве. В целом же правоположения, установленные в руково­дящих разъяснениях Пленума Верховного Суда, регулируют об­щественные отношения безотносительно, получили ли они закреп­ление в законе или сохранили прежнюю юридическую форму. Иными словами, важной формой правотворческой конкретизации являются судебные правоположения. Одновременно в своей значи­тельной части судебные акты выполняют интерпретационную роль, т.е. являются актами толкования норм права.
Важное значение для юридической практики имеют акты тол­кования, даваемые судами по конкретным делам, т.е. акты казу­ального толкования. Однако и их действие вряд ли исчерпывается одним случаем, поскольку дать толкование правовой нормы, под­ходящее только к одному случаю, невозможно и незаконно. Норма права всегда рассчитана на ряд однородных случаев, т.е. действует неоднократно.
В деятельности краевых, областных, республиканских судов акты толкования казуального характера выступают в двух основ­ных формах:
а) в качестве судебных решений, приговоров и определений, которыми разрешается конкретное дело по существу, но не ста­вится прямая цель дать образец подобного решения дел нижесто­ящим судам;
б) в форме определений судебных коллегий второй инстанции, постановлений президиумов и пленумов судов, которыми в поряд­ке судебного надзора проверяются законность и обоснованность актов нижестоящих судов. И в этом случае вышестоящий суд под­тверждает правильность истолкованной и примененной нормы права или отменяет в целом либо в части акт юрисдикции ниже­стоящего суда с обязательными рекомендациями по правильному толкованию и применению права.